Социально-гуманистичесое движение «Берег»
Перейти на главную Карта сайта Обратная связь
Добро пожаловать!
11 Декабря 2018 г. 18:36

Уважаемый пользователь, рады приветствовать Вас на нашем сайте, наполняемом:

- Фондом реформирования социальной сферы «Территория»,
- Общественной организацией защиты потребителей медицинских услуг «Здравоохранение»,
- Уральским региональным отделением Международного ИнститутаГуманитарно-политических исследований (http://www.igpi.ru/), и
- Ассоциацией региональных медицинских страховщиков (АРМС) "Территория".

Извините, если Вы не можете найти заинтересовавших Вас материалов, либо даты, обозначенные на них, не отвечают действительности, но у нас не получается поддерживать сайт в идеальном состоянии.

Наши партнеры
  ООО МС «Мегус-АМТ» (обязательное медицинское страхование)

Максим Стародубцев - исполнительный директор «Мегус-АМТ», представляет Ассоциацию региональных мед.страховщиков «Территория», УрО МИГПИ, Фонд содействия реформированию социальной сферы «Территория», Региональную общественную организацию по защите прав потребителей медицинских услуг «Здравоохранение» и еще целый ряд проектов, в общем-то, сочетающихся друг с другом

«Ассоциация региональных медицинских страховщиков «Территория»

ООО «Компания Остров» (правовая помощь в здравоохранении)

«Уральское отделение МИГПИ»


 
«Издание «БЕРЕГ»
Наши публикации:

Речь пойдет об уникальном социальном эксперименте, проводимом согласно правилам экономики, ориентированной на удовлетворение интересов потребителя. Способно ли, с одной стороны, современное российское общество пользоваться доступными каждому гражданину, вне зависимости от его социального положения, инструментами влияния на качество государственных социальных услуг, а, с другой, заинтересован ли властный административный аппарат в такой функции? Эксперимент проводится ООО Медицинского страхования «Мегус-АМТ» в рамках обязательного медицинского страхования.

Гос. дума приняла во втором чтении  закон о обязательном медицинском страховании. За него проголосовали 370 депутатов.

"Долой глобализацию!" ( Поддерживая крупные банки, власть душит малый бизнес.) 41 (661) от 10 ноября 2008. адрес www.dkvartal.ru/ magazines/ dk-ekb/ 2008/ n41/tribuna dolojj globalizaciju.

Когда соединяют слова «медицина» и «коррупция», подразумевают обычно прегрешения в бюджетной сфере вроде нечестных конкурсов на поставку лекарств или оборудования. Но такое понимание сводит глобальную проблему к «отдельным недостаткам»...

есть и более полный вариант этого текста: «Медицина и коррупция (причем мы и Комитет 101?)»

статья Вячеслава Игрунова, директора МИГПИ.», Читать подробнее...
 

Движение «БЕРЕГ»
Социально-гуманистичесое движение «Берег»
 
«Представление Счетной Палаты РФ» как предмет для размышления.
   08.10.2014 г.

Недавно была опубликована статья на тему «Счетная Палата РФ внесла на имя губернатора Евгения Куйвашева представление о нарушениях, обнаруженных в ходе аудита финансирования территориальных программ государственных гарантий (ПГГ)»), «Вам дали карт-бланш. Чтобы прикрыть тылы — можете мутузить других», 30 сент. 2014 г., http://ura.ru/content/svrd/01-10-2014/articles/1036263084.html?success=1#add_comm. По этому поводу я написал у себя в ФБ (см. https://www.facebook.com/permalink.php?story_fbid=693165747438890&id=100002364125856): «Как только удастся ознакомиться с материалом Представления подробнее, отпишусь. А пока замечу следующее – сдается мне, что Счетная палата играет какую-то свою игру, отдельную от МинЗдрава. Потому, что ее выводы порой, скажем так – «неочевидны». При этом публично спорить с ними никто не будет. Не тот расклад. Я имею ввиду отношения Центра с Регионами, где последним отведена, мягко говоря, незавидная роль».

Выполняю свое обещание. Тем более, что не видно публичного спора со стороны: как непосредственно заинтересованных, так и более квалифицированных (по меньшей мере – исходя из степени доступности к информации) нежели я - лиц. Даже не смотря на признаки скандальности, связанные с тем, что в документе, датированном 18 августа и подписанном заместителем председателя СП РФ Чистовой, заявлено требование установить виновных и наказать их. Поэтому зададимся иным вопросом: какие выводы можно сделать из логики нынешнего ведомства г-жи Голиковой, напомню – весьма неплохо знакомой с положением дел в медицине? Например проанализировав не столько положение дел в Свердловском здравоохранении, сколько отношение к нему (или вообще к медицине региональной?) на примере внесенного (на имя губернатора Евгения Куйвашева) Представления.

Возможно здесь есть какая-то «политика», но ее логика для нас не ясна. Возможно все проще – любой контрольный орган, для того, что бы оправдать свое существование, должен что-то найти, что-то написать. Более того, если бы не требование кар для «виновных», я бы решил, что Представление – не более чем формальная отписка. Да и вообще - по некоторым данным, Федеральный Минздрав вполне комплементарно оценивает работу Свердловского. Но Минздрав – не Счетная Палата.

Если же рассматривать контрольное мероприятие СП как сугубо технологическую, без подводных камней субъективности, проверку законности/эффективности правовых и финансовых механизмов реализации программы госгарантий в здравоохранении (доказательство наличия Государственного надзора), то это, несомненно, благо. В частности, предполагаю, что и губернатор надеялся получить от команды проверяющих ответы на вопросы: насколько точно улавливает региональная власть федеральные тренды и верно ли трактует множественные вышестоящие подзаконные акты в здравоохранении, реализуя на местах свою законодательную политику и осуществляя локальное регулирование.

Типа: хотелось бы, чтоб ревизор, так сказать, пришел — увидел — разъяснил. Но сколько мы ни вчитывались в Представление, смысл некоторых замечаний так и остался для нас недоступен.

Итак, «анализ территориальных ПГГ (напомню - программ государственных гарантий) Свердловской области выявил ряд нарушений Федерального закона № 323-ФЗ («Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»), а также иные недостатки.

В частности:

1. Что Территориальная программа ГГ СО на 2013 и плановый 2014-2015, утвержденная Постановлением Правительства СО № 1604-ПП от 24.12.2013, не содержит перечень лек.препаратов для льготников. А «На 2014 год и на плановый период 2015 и 2016 годов указанный перечень установлен».

Да: упрек по поводу отсутствия в территориальной ПГГ перечня лекарственных препаратов звучит, вроде, страшно. Но, на мой взгляд, это – «ловля блох». Причем сомнительная.

Ибо вместо перечня в тексте ПГГ есть ссылка в пункте 60 Приложения № 6 к ПГГ: … лекарственное обеспечение отдельных категорий граждан РФ, проживающих в Свердловской области, в соответствии с перечнем групп населения и категорий заболеваний, при амбулаторном лечении которых лекарственные средства и изделия медицинского назначения отпускаются по рецептам врачей бесплатно, а также … с пятидесятипроцентной скидкой, осуществляется в соответствии с постановлением Правительства Свердловской области от 16.11.2010 № 1658-ПП «О Порядке предоставления мер социальной поддержки по лекарственному обеспечению отдельных категорий граждан, проживающих в Свердловской области, за счет средств областного бюджета».

При этом «Федералы» сообщили, что «На 2014 год и на плановый 2015-2016 указанный перечень установлен». Тем не менее самого перечня в ПГГ, все-таки нет! Интересно, как понимать проверяющих, что они увидели, если нам ничего не видно?

Вы скажете «буквоедство»? Но точно так же я могу сказать – «наезд на пустом месте». Но в диалоге Центр-Регионы дискуссия с мотивировкой (вне зависимости от ее обоснованности) «сам дурак», в какой то мере подразумевающая равенство сторон, в настоящее время чревата.

2. «Свердловская территориальная ПГГ не содержит порядка и размеров возмещения расходов, связанных с оказанием гражданам медицинской помощи в экстренной форме. В этой связи неясно, каким образом в 2014 году оплачивается оказание медицинской помощи в экстренной форме, в том числе иностранным гражданам и лицам без гражданства, не застрахованным по ОМС».

«Экстренная медицинская помощь оказывается гражданину безотлагательно при внезапных острых заболеваниях, состояниях, обострении хронических заболеваний, представляющих угрозу жизни» (пп. 1 п.7 ПГГ). Если читать замечание буквально, то складывается впечатление, что в Свердловской области экстренная помощь не оплачивается. Какой ужас! Тем не менее в ПГГ указано, что такая помощь предоставляется за счет средств ОМС — по видам помощи, входящим в ОМС, и за счет средств бюджета в части медицинской помощи, не включенной в территориальную программу ОМС. На наш взгляд, тут все ясно. Отдельно про порядок оплаты такой помощи, например, иностранцам, действительно не прописано, но ведь и требования такого к ПГГ не предъявлялось (с разъяснениями МЗ и ФФОМС по вопросам формирования и экономического обоснования территориальных программ можно ознакомиться на сайте ФФОМС: http://www.ffoms.ru/userfiles/Rekomendatelnoe_pismo.doc).

3. По поводу п.1.3: «выявлены факты несоответствия на 2013 год численности населения прогнозным показателям по Свердловской области в соответствии с данными Росстата, что создало «скрытый» дефицит территориальной ПГГ в 2013 году в объеме 108,1 млн. рублей. Так, стоимость ПГГ Свердловской области на 2013 год рассчитана исходя из фактической численности населения Свердловской области по состоянию на 1 января 2012 года в количестве 4 307,594 человек, а не из прогнозной численности населения. При этом изменения в ПГГ Свердловской области в течение 2013 года в связи с уточнением численности населения не вносились. Аналогичные нарушения выявлены и при формировании территориальной ПГГ на 2014 год и плановый период 2015 и 2016 годов».

Довольно спорный пункт, поскольку любому сколь-нибудь знакомому с проблемами фонда известно, что споры за численность между региональным и федеральным фондами идут давно: сколько «разрешат» заявить федералы, столько фонд и впишет застрахованных по ОМС в расчет по ПГГ. На эту сумму можно рассчитывать в качестве субвенции из ФФОМС. Разумеется, интерес у местного фонда заявить как можно больше. Причем надо понимать, что застраховано у нас в субъекте несколько больше жителей, чем зарегистрировано (Почему? Это уже другая история). Поэтому о каком скрытом дефиците по неучтенной численности речь — непонятно.

4. п. 1.4 - в стоимость ТП ОМС включены расходы на АУП (административно-управленческий персонал) фонда, поэтому стоимость ТП завышена (на эту сумму).

оригинал текста: «в 2013 и 2014 годах стоимость территориальной программы ОМС превышает размеры бюджетных ассигнований на реализацию территориальной программы ОМС, установленные законами о бюджете территориального фонда ОМС, в связи с включением в стоимость территориальной программы ОМС средств, указанных в бюджете территориального фонда ОМС «Общегосударственные вопросы», по целевой статье расходов «Аппараты органов управления государственных внебюджетных фондов».

Это привело к завышению в территориальной ПГГ на 2013 и 2014 годы фактического размера подушевого норматива финансового обеспечения территориальной программы ОМС и не позволило сформировать полный тариф на оплату медицинской помощи в объеме, установленном федеральной ПГГ».

Однако неясно почему проверяющие делают следующий вывод: «это привело к завышению … размера подушевого финансирования ТП ОМС и не позволило сформировать полный тариф на оплату медпомощи». Если бы АУП занижал тариф на оплату медпомощи, то как образовалось завышение подушевого норматива? Очень непонятна логика. Возможно, в замечаниях фонду по результатам проверки написано более четко, но нельзя же так губернатору писать!

5. п. 1.5 абз.2 и 3 — «недофинансирование первичной МСП (медико-санитарной помощи) с профилактической целью».

Оригинал текста: «…Установлено, что минздрав Свердловской области и Территориальный фонд ОМС Свердловской области при расчете на 2014 год норматива финансовых затрат на одно посещение с профилактической целью при оказании медицинской помощи в амбулаторных условиях, финансовое обеспечение которой осуществляется за счет средств ОМС, не учли коэффициент дифференциации (1,1008 в 2014 году), что не соответствует положениям Методики распределения субвенций, … в сфере обязательного медицинского страхования...

Это привело к утверждению норматива финансовых затрат ниже необходимых значений (321,1 рубля при нормативе 350,7 рубля) и недофинансированию первичной медико-санитарной помощи, оказываемой с профилактической целью. 

Звучит все это, опять же, грозно («а тигру мясо не докладывают!»), но на самом деле если это и «косяк», то несущественный. Ибо «не так» распределили финансы внутри поликлиники (читай по своим же «карманам», т. е. ничего не по назначению или налево не ушло, все тигры получили свое мясо, только говядины чуть меньше, а свинины чуть больше).

«Нормативы объема случаев госпитализации, финансовое обеспечение которых осуществляется за счет средств консолидированных бюджетов, также установлены ниже федеральных значений (0,018 случая госпитализации на одного жителя в год при нормативе 0,021 случаев госпитализации на одного жителя в год).»

Действительно, количество «бюджетных» госпитализаций (речь идет о таких технологиях - туберкулез, психиатрия, etc) чуть занижено. Причем здесь явно прослеживается тенденция бюджета свалить все в ОМС. Но, по большому счету, это тоже невеликий косяк. Как и то, что «несмотря на предусмотренные в 2013 и 2014 годах соответствующие нормативы финансовых затрат, в территориальной ПГГ Свердловской области общий объем средств на финансовое обеспечение применения вспомогательных репродуктивных технологий (экстракорпорального оплодотворения) не указан».

6. А вот на обозначенной здесь проблеме, действительно, стоит остановиться отдельно. Т.к. конфликт, сформировавшийся по этому поводу, в полном разгаре.  

«установлено, что дополнительным соглашением от 29 октября 2013 г. .. внесены изменения, предусматривающие, что в случае превышения установленных комиссией на год объемов стационарной медицинской помощи возмещение затрат медицинских организаций, связанных с оказанием медицинской помощи сверх объемов, установленных комиссией по разработке территориальных программ ОМС, производится по следующим статьям затрат: медикаменты и перевязочные средства, медицинский инструментарий, изделия медицинского назначения, реактивы и химикаты, мягкий инвентарь, продукты питания для больных. Оплата производится в размере сложившейся в среднем по области доли указанных статей в структуре расходов путем применения к базовым тарифам коэффициента 0,3.».

Дело в том, что особенную пикантность ситуации придает то, что данный вопрос является предметом рассмотрения арбитражными судами (Свердловским и 17 апелляционным) по искам больниц к страховым медицинским компаниям. Последние при оплате счетов за медицинскую помощь сверх установленных объемов в 2013 году применили к тарифам спорный коэффициент 0,3, как предписывает региональное Тарифное соглашение в ОМС. Больницы, желая получить оплату в размере 100 % от тарифов, обратились в суд. В настоящее время у нас нет ни одного вступившего в силу решения суда, но нужно отметить, что и апелляционная инстанция пока (рассмотрено всего 2 случая) встает на сторону больниц.

И это, как мы (и не только) об этом писали, чревато достаточно любопытными последствиями. См: Иски больниц к страховщикам на десятки миллионов рублей. В перспективе - в сотни. , М.А.: см. http://starodubcev-m-a.livejournal.com/118141.html . В СМИ об этом: РИА Ура.Ru, 30.06.2014, В Свердловской области больницы требуют погасить задолженность по сверхнормативной медпомощи в рамках ОМС ; Деловой квартал, 30.06.2014., Свердловские больницы требуют миллионов от страховщиков ;

 «Злые языки» утверждают, что данная ситуация не уникальна и не ограничивается Свердловской областью.

Если же возвращаться к Представлению, то из его текста невозможно однозначно интерпретировать позицию СП относительно обоснованности применения к базовым тарифам коэффициента 0,3 для оплаты медпомощи сверх установленных объемов.

Пока ясно только, что в своем Представлении СП признает такой механизм возмещения расходов на оплату сверхнормативной помощи не соответствующим закону. Юристы считают, что интересны здесь две детали. Во-первых, в качестве нормы СП указывает на статью 38 Закона 326-ФЗ. Однако данная статья вообще не регулирует подобные вопросы. Если предположить, что в текст Представления закралась опечатка, и речь идет о следующей, 39 статье Закона 326-ФЗ, действительно посвященной взаимодействию лечебных учреждений и страховых медицинских компаний, то она гласит: «Оплата медицинской помощи, оказанной застрахованному лицу, на основании предоставленных медицинской организацией реестров счетов и счетов на оплату медицинской помощи в пределах объемов предоставления медицинской помощи, установленных решением комиссии по разработке территориальной программы ОМС, осуществляется по тарифам на оплату медицинской помощи...». Таким образом, Закон 326-ФЗ не предусматривает механизма оплаты сверхнормативной помощи вообще.

Во-вторых, совершенно неясна позиция СП относительно того, как поступать со сверхнормативной помощью: оплачивать по тарифам в размере 100 % от базовых или вообще их не оплачивать. То есть понятно, что действующее в Свердловской области правило неполной оплаты, с точки зрения СП, незаконно, а как надлежит поступать законно — в Представлении не сказано. Отсюда напрашивается вывод: либо в задачи СП не входит/ СП не берет на себя смелость трактовать федеральное законодательство, либо СП просто не в состоянии/не желает дать однозначный ответ.

7. Далее (п. 3), претензии по поводу организации экспертизы.

Но и здесь «не все так однозначно» (С)...

Например СП домысливает что, раз (к примеру) дерматовенеролог в регистре экспертов КМП (качества медицинской помощи) один, то больницу, в которой он работает, проверяет только он сам (ну а кто ж еще?), а это прямое нарушение приказа ФФОМС. Наш Фонд (а точнее - заместитель директора по медико-экспертной работе) пытался сделать красивую мину, обвинив страховщиков СМО, которые не учат экспертов, но вести регистр — прямая обязанность фонда. И не надо толковать эту обязанность буквально (вписывать ФИО врачей), здесь подразумевается работа «под ключ» (найти эксперта, уговорить, оплатить учебу, проинформировать СМО, чтобы пользовались его услугами). Получается, фонд работу этого уникального специалиста за все время ни разу не подверг проверке (реэкспертизу дерматовенерологии может проводить только дерматовенеролог)?!

И в этом контексте наезд «федералов» можно зачесть как обоснованный.  Просто как-то не очень ловко это у СП получилось... Вот если бы они, к примеру, без домыслов проверили, а не привлекался ли на проверку больницы, где работает N, эксперт из другого региона, и увидели, что не привлекался, то можно было бы прямо написать, а не домысливать.

8. п. 4 «Несмотря на снижение в 2013 году смертности населения, в Свердловской области не достигнуты планируемые показатели ее снижения, предусмотренные Государственной программой Российской Федерации «Развитие здравоохранения» на 2013-2020 годы, утвержденной распоряжением Правительства Российской Федерации от 24 декабря 2012 г. №2511-р.)».

Ужос? Ан – нет. ИМХО - чисто проблемы учета, по большому счету фигня. Опять же «злые языки» утверждают, что на эту тему от 4 августа с.г. МЗ СО разразился подробным письмом в адрес больниц — как какие посещения правильно кодировать, чтобы не искажали статистику. 10 сентября на кулуарном совещании в МЗ (Медведская, Савинова, Бахлыков, СМО) замминистра демонстрировала жуткую озабоченность проблемой «кривого» учета. А вовремя надо разъяснительную работу проводить! До сих пор это не было проблемой МЗ, во всем был виноват фонд, а теперь МЗ расстарался пояснил подчиненным больницам тонкости оформления статистической (читай не медицинской) документации.

9. Несомненно обращает на себя внимание то, что Представление содержит критику роста платных услуг на фоне снижающихся объемов госпитализаций по ОМС, п. 5. («Число пациентов, получивших на платной основе медицинскую помощь в стационарных условиях выросло на 6,1 %.»). При этом ревизоры указывают, что «сокращение объемов предоставленной медицинской помощи в рамках ОМС может свидетельствовать об ограничении доступности для населения бесплатной медицинской помощи». Однако данная формулировка, как минимум, неоднозначна в оценке причинно-следственной связи этих двух явлений. А кроме того, оставляет риторическую (?) неопределенность в отношении вопроса о сокращении коек по ОМС и необходимости жесткого контроля за объемом госпитализаций в принципе.

10. Есть еще несколько фактов, которые СП констатирует в своем Представлении, при этом позволяет себе не давать им профессиональной оценки, что опять-таки не может радовать конечных пользователей их отчета о проверке.

В частности, СП (п. 7) указывает на возросшее количество обращений граждан (на 37,5 % по сравнению с 2012 годом — с 5 360 до 7 368). Не понятно, учтены ли здесь обращения, поступившие в фонд и страховые медицинские организации, и какая часть из них признаны обоснованными. Так вот, оценку данному факту СП не дает. То ли это плохо, раз министерство не может организовать нормальную работу подчиненных больниц, то ли наоборот, налицо положительный сдвиг: сказывается активная работа по информированию населения о своих правах, в том числе, праве обратиться за разъяснением или с жалобой в региональный минздрав, — остается только догадываться. ИМХО, для Вышестоящей инстанции подобная позиция недопустима. Кстати - на опасность формального анализа количества жалоб мы указываем давно, считая, что если что и нужно оценивать, так это количество обоснованных (!), а не всех жалоб. Все жалобы – это активность населения, не более того.

У нас на эту тему было много чего, «из последнего»: «В угожденье богу злата...» (о том, как и почему больницы изменят отношение к жалобам населения).» и, особенно, «Нелегальная летальность.» .

11. см. п. 8 — указание про разницу в зарплатах (max – 42,3 тыс.руб, min – 17 тыс.руб) из которого (конечно из Москвы виднее, но) весьма забавно было узнать, что СОКБ № 1 и Восточная РБ — «однотипные» больницы...

Опять же не понятно – что хотят проверяющие? Отнять и поделить? При этом, наверное, стоит размер зп очистить от доплат из внебюджета (платные услуги, ДМС, благотворительность, гранты, наука-преподавание), а потом еще раз посчитать — это к вопросу о сравнении двух «однотипных» больниц. А если говорить собственно о замечании СП относительно значительных различий в уровне оплаты труда, то его вообще сложно воспринимать всерьез. Хорошо, что хоть не предъявлено других нарушений (недостаточный размер оплаты или недостоверные данные о ЗП). И уж что-то, а это действительно, смахивает на формальный поиск недостатков.

12. см. п. 9 — Тут, видимо, все таки есть «косяк с отчетностью». Оригинал текста: «установлено, что в форме № 62 «Сведения об оказании и финансировании медицинской помощи населению за 2013 год» стоимость утвержденной территориальной ПГГ на 2013 год указана в размере 49 327 633,9 тыс. рублей, что на 7 290 606,1 тыс. рублей ниже фактически утвержденной территориальной ПГТ. Письмом министерства здравоохранения Свердловской области… представлена в Минздрав России с недостоверным показателем стоимости утвержденной ПГГ Свердловской области. Это ставит под сомнение достоверность данных федерального статистического наблюдения и затрудняет их анализ».

Получается, что в Свердловском МинЗдраве обсчитались на 7 млрд? Шедеврально… Вопрос напрашивается простой: принимающая отчет организация его читает-проверяет или как? Почему эта хрень всплывает только при проверке Голиковой? Поэтому относительно замечания по поводу недостоверной отчетности хотелось бы отметить вот что нам слабо верится в то, что региональный минздрав обсчитался на 7 млрд (миллиардов! Ну не Москва мы, не Москва, все-таки!) рублей. Но если это действительно так, то возникают и серьезные вопросы к принимающей указанную отчетность организации: отчет с такими серьезными недостатками (очевидно недостоверными показателями) просто не может быть принят. Поэтому или СП не туда посмотрела, или федеральный минздрав ненадлежаще организовал прием отчетности у регионов.

13. п. 10 — про «отказы в оплате медицинской помощи (МП)» по результатам экспертизы, проведенной СМО (страховыми медицинскими организациями).

ИМХО – это опасный сигнал... если это камень в огород МЗ РФ, который не утвердил порядки и стандарты, то ладно... а если это вообще наезд на систему экспертизы? Так и до ненадобности последней можно договориться... опять же если проверки и штрафы — зло, нафига в принципе страховая медицина?

Про это мы (и не только) пишем регулярно – в той системе ОМС, работы СМО и ТФОМСа (в т.ч. из-за недостаточного финансирования этого направления, эксперты СМО/ТФОМСа неконкурентоспособны с больницами. Особенно – ведущими. Склонюсь к первому предположению: это, скорее, наезд на федеральный минздрав.

Мы о том же,  см. Urbc.Ru, 13.05.2014: Эксперт по медицинскому страхованию Максим Стародубцев о псевдомодернизации здравоохранения : Исследование «Свердловские медицинские страховые компании и анализ показателей защиты прав пациентов» (Свердловские медицинские страховщики 2014. Анализ показателей защиты прав пациентов за 2013г.), подтверждает то, что уровень медико-страховой экспертизы, включая кадровый, в Свердловской области очень низкий. И, к сожалению, пока это всех устраивает. Вся конкуренция между страховщиками в системе ОМС выхолостилась до конкуренции по доступности и скорости выдачи страхового полиса.

Таким образом, учитывая необходимость, как указано в резолютивной части Представления, вносить изменения в территориальную программу ГГ, полагаю, региональным руководителям от медицины придется помучиться с интерпретацией многих замечаний СП.

Самым непростым (честно говоря – нереальным для исполнения, т.е. сугубо декларативным) нам видится пункт о необходимости «провести анализ деятельности территориального фонда ОМС, а также страховых медицинских организаций в части обоснованности наложения штрафных санкций, удержания и отказов в оплате медицинской помощи и принять соответствующие меры реагирования».

Ибо процедура опротестования санкций подробно описана в соответствующих нормативных актах и, в конечном итоге, опробуется в суде (что и происходит на практике). Что тут подразумевается / требуется от медицинских властей региона? Уменьшить объем средств, отклоняемых от оплаты по результатам применения страховыми компаниями штрафных санкций? (кстати: «злые языки» утверждают, что прежде Федеральный ФОМС критиковал Свердловский за то, что они занизили размер санкций от рекомендуемых; а также «в москвах» намного больше снимают средств по экспертизе. И чо теперь к нам вяжутся — не понятно). То есть, назовем вещи своими именами, СП требует ослабить вневедомственный контроль качества медицинской помощи? Или речь идет о недостаточном контроле фонда за проведением страховщиками экспертной работы?

Попробуем вчитаться в текст. Страховые компании в основном применяют санкции за «нарушения в выполнении необходимых мероприятий в соответствии с порядками и стандартами...», и это вроде они делают в рамках законодательства и договоров, но почему-то ставится СП им в вину. И поскольку в описательной части Представления в качестве основных причин сомнительной обоснованности отказов в оплате указаны две: «порядки … полных алгоритмов оказания медицинской помощи не содержат» и «стандартами охвачено не более трети всех заболеваний», напрашивается вывод, что страховщики оттого плохо работают, что алгоритмы в порядках несовершенны и стандартов недостаточно... Ну прямо как по классику: «ты виноват лишь в том, что хочется мне кушать!»...

И какой же вывод следует из анализа «Федеральных документов»? 

А такой: «бардак-с». В т.ч. и из-за невнятицы целеполагания и, видимо, желания всем понравиться. Но это, честно говоря, ведет к параличу всей системы. Что мы, собственно, и видим.

И, в дополнение, реплика («пара слов») «с оказией» по сугубо практическим нюансам отношений Центра и Регионов (сразу скажу: нижеследующее – лишь наши предположения): о деталях финансирования Свердловского здравоохранения.

Это, скорее, размышления на тему, которую «неудобно» комментировать – как «федералам», так и жестко подчиненным им «регионалам». А именно о том, почему при формально увеличивающихся бюджетах региональной медицины на деле они становятся дефицитными. Если не по форме, так по сути. Итак, с чем, например, связаны появившиеся к осени подозрения на дефицит финансирования стационаров региона? Видимо/возможно в непоследнюю очередь, с включением с 2014 года в систему обязательного медицинского страхования высокотехнологичной медицинской помощи (ВМП).

 В частности, видимо, от запланированного территориальным фондом ОМС роста тарифов на оплату стационарной медицинской помощи в 2014 году пришлось отказаться. Судя по всему - исполняя принятые на себя обязательства по финансированию ВМП.

Справка: на финансирование Территориальной программы ОМС в 2013 году выделено 40 970,3 млн или 9 167,5 рублей на одно застрахованное лицо, а в 2014 запланировано 42 291,0 млн (3%) или 9 377,6 руб. на 1 ЗЛ (+ 2%, численность населения Свердловской области растет). Но, если говорить конкретно о стационарной помощи, то финансирование терпрограммы в части КСС (круглосуточный стационар) в 2013 году составило 16 111,8 млн, а в 2014 году запланировано на уровне 18 702,8 млн (14 % роста).

Еще в 2013 году информация о планируемом с 2014 года погружении ВМП в ОМС воспринималась двояко. С одной стороны, передача контроля за ВМП с федерального не региональный уровень повышает контроль над организационной стороной дела, и собственно, за технологической. Теперь можно будет лучше организовать и спланировать маршрутизацию нуждающихся в ВМП, и что не менее важно, запустив ВМП в систему ОМС, сделать ее, как любую другую помощь, контролируемой по качеству и доступности. И поскольку страховые медицинские компании контролируют качество только той помощи, которую оплачивают по полису ОМС, ранее ВМП была недоступна для контроля экспертами.

ОДНАКО! На самом деле сегодня страховые эксперты по причине их низкой квалификации (см. и заключение СП) боятся экспертировать ВМП, как некую священную корову (причина, конечно, в эксклюзивности технологий, которые недоступны собственно экспертам системы ОМС, и здесь должен фонд помогать), но ИМХО — это дело времени. По крайней мере, клиент получил самою возможность оспорить качество, платность, etc — и это самое важное!

С другой стороны, все понимают, что переводя ВМП в ОМС, федерация сбрасывает лишние/ненужные для себя финансовые обязательства (см., хотя бы, декларацию: «…в 2014 году федеральный бюджет выделил на оказание высокотехнологичной медицинской помощи 3 млрд рублей. Субвенции получат 62 субъекта Федерации, в юрисдикции которых имеются соответствующие медицинские учреждения. Местные бюджеты этих территорий суммарно потратят на предоставление ВМП в этом году 19 млрд рублей. (См. http://izvestia.ru/news/568293, - профильная и полезная статья на тему ВМП, «Высокие отношения - Известия» ).

К сожалению, перейдя в обязательства региональной системы ОМС, почетные/«желанные» 50 методов ВМП адекватного финансового обеспечения со стороны федерального бюджета за собой не повлекли. Где должна была региональная система ОМС взять на это деньги? И взяла ли он их? Не исключено, что это вопрос риторический.

 
 

Пресс-релизы и официальные обращения:
Защита прав застрахованных
Охарактеризовать эту историю можно так: она показательна во всем. От перечня дефектов в диагностике и лечении, приведших к смерти 37-летнего монтажника из-под Нижнего Тагила, до беспомощности обычных граждан в попытке получить справедливую оценку произошедшего.
... Этот результат анонсировался ранее, см. «…теперь нам … в суде … осталось разобраться с тем, почему необходимая медицинская помощь не была оказана Елене по месту жительства».
Оставьте свой отзыв или вопрос в нашей гостевой книге и мы Вам ответим!
 Смотреть гостевую книгу
 
Все права принадлежат авторам материалов, если не указан другой правообладатель
Создание и продвижение сайта © ЕКА-Сайт, 2008