Кого и зачем «лечат»
   17.05.2005 г.
Наша оценка общественного риска поправок, вносимых к действующему закону о лекарственных средствах.

16 мая 2005г. в Государственной Думе РФ в рамках рассмотрения в первом чтении поправок к Закону «О лекарственных средствах» текст поправок был направлен на экспертизу в комитет по противодействию коррупции решением Совета Госдумы. (РИА "Новости").
По сообщению РИА "Новости" председатель комиссии по противодействию коррупции Михаил Гришанков считает, что нормы законопроекта, вносящего поправки в закон "О лекарственных средствах", касающиеся разграничения полномочий между органами исполнительной власти в сфере обращения лекарственных средств, способствуют созданию условий для коррупции.
"Один из вопросов, на который обратили внимание члены комиссии, и на что указывается в заключении правительства - это вопрос об определении цены на лекарственные средства", - сказал М.Гришанков. Согласно законопроекту определение цены на лекарственные препараты предлагается сформировать по предложению оптовых торговцев. "В этом случае искусственно может быть создано навязывание оптовыми продавцами цен государству". "Должно быть госрегулирование в этой сфере, но оно должно быть четким и адекватным, должно соответствовать интересам государства и конкретного гражданина", - сказал Гришанков.
Однако, по нашему мнению, это только одна сторона законопроекта. Еще более опасным по своим последствиям может быть делегирование "принятия решения по определению лекарственного препарата (конкретной торговой марки) от врача к сотруднику аптеки или аптечного киоска». «Что вызывает очень много вопросов" не только у комиссии по противодействию коррупции.
Данное  предложение самым непосредственным образом затронет интересы граждан. К сожалению, есть все основания подозревать, что даже самая явная чушь с медицинской точки зрения, может стать явью, оформленной соответствующим законом, при необходимой «заинтересованности сторон».
В качестве нововведения предлагается ввести определение международного непатентованного названия (МНН) лекарственного средства, как "названия лекарственного средства, рекомендованное Всемирной организацией здравоохранения (ВОЗ)".
Фактически МНН - это часто всего лишь название химической формулы основного действующего вещества, входящего в лекарство, но никак не самого лекарства. Например препараты именуемые «ацетил-салициловая кислота» не только имеют разные наименования, из которых самым распространенным является «аспирин», но и как мы знаем, существенно отличается и по лечебному эффекту, и по осложнениям исходя из конкретного, «фирменного» наименования производителя. Дело в том, что несмотря на единую формулу, каждый производитель выпускает препарат по своей, часто принципиально различающейся технологии, используя свое сырье, добавки, стабилизаторы или наоборот, проводники. Грубо говоря «УАЗ» и «Гелентваген» - машины одного класса. Но разница между ними есть.

Если же предлагаемые поправки к законопроекту «о лекарственных средствах» будут приняты, то выписывать лекарственное средство врач будет должен только по МНН. В итоге же получив рецепт с названием "Х", никак не врач, а аптекарь станет определять, что именно выдать больному. Препарат Брынцаловского завода, поставленный фирмой Шпигеля или тот, который наиболее эффективен. Или который просто дороже - МНН у всех них един.
Отдельно следует упомянуть, что желание перейти на т.н. «МНН» последовательно присутствует у нашего медицинского руководства с лета прошлого года и мигрирует от одного законопроекта (например «О медицинском страховании») к другому.

Ну и, из «мелочей». Так, по нашей информации, во вносимом на обсуждение в Госдуму законопроекте так и не содержится даже определения о том, что же это такое, «фальшивые лекарства».
Естественно, как говорят круги «приближенные к Госдуме» - "Закон достаточно сильно лоббируется». Что совершенно не удивительно. Т.к. возможно ряд участников уже ощутил доходность программы «льготного лекарственного обеспечения», на которую в этом году Правительство не только выделило большие деньги (53 млрд.руб.), но и позаботилось о том, что бы они достались лишь ограниченному кругу «избранных участников». О «коммерческой заинтересованности» в «прохождении» законопроекта говорят и имена его разработчиков, членов Совета Федерации: Бориса Шпигеля и Игоря Брынцалова, крупнейших (и влиятельнейших) участников фармацевтического рынка. Дело в том, что формально законопроект предлагает ряд мер по усилению контроля за рынком лекарственных средств. В то же время законодательная инициатива по регулированию собственного рынка - ситуация по мировым меркам – презабавнейшая и недопустимая, ибо вопиет о «конфликте интересов». В цивилизованных странах при этом предлагается недвусмысленный выбор – тюрьма или отказ от соответствующего бизнеса, даже для ближайших родственников.
Ранее тот же Б.Шпигель, вероятно с особым знанием дела, сетовал о противодействии его законодательным инициативам со стороны «лекарственной мафии». Что, судя по всему, является особым признаком специфического российского политико-делового цинизма.
В этом аспекте еще большую тревогу вызывают намерения вернуться к т.н. страхованию «льготного лекарственного обеспечения», когда и контроль за эффективностью качеством назначенных лекарств будет возложен на централизованно и целевым образом допущенные и тщательно отобранные страховые компании.
Все это только подтверждает народную мудрость: «Слуги народа» приняли закон о монетизации не потому, что они обеспокоены за судьбу своих «господ».Скорее мотивом их действий был тезис – «льготы украсть нельзя, а деньги можно».
Общественный фонд «Территория», УрО ИГПИ – Уральское отделение Международного института гуманитарно-политических исследований, Свердловское отделение политической партии СЛОН (Союз людей за образование и науку).