Социально-гуманистичесое движение «Берег»
Перейти на главную Карта сайта Обратная связь
Добро пожаловать!
25 Мая 2019 г. 12:51

Уважаемый пользователь, рады приветствовать Вас на нашем сайте, наполняемом:

- Фондом реформирования социальной сферы «Территория»,
- Общественной организацией защиты потребителей медицинских услуг «Здравоохранение»,
- Уральским региональным отделением Международного ИнститутаГуманитарно-политических исследований (http://www.igpi.ru/), и
- Ассоциацией региональных медицинских страховщиков (АРМС) "Территория".

Извините, если Вы не можете найти заинтересовавших Вас материалов, либо даты, обозначенные на них, не отвечают действительности, но у нас не получается поддерживать сайт в идеальном состоянии.

Наши партнеры
  ООО МС «Мегус-АМТ» (обязательное медицинское страхование)

Максим Стародубцев - исполнительный директор «Мегус-АМТ», представляет Ассоциацию региональных мед.страховщиков «Территория», УрО МИГПИ, Фонд содействия реформированию социальной сферы «Территория», Региональную общественную организацию по защите прав потребителей медицинских услуг «Здравоохранение» и еще целый ряд проектов, в общем-то, сочетающихся друг с другом

«Ассоциация региональных медицинских страховщиков «Территория»

ООО «Компания Остров» (правовая помощь в здравоохранении)

«Уральское отделение МИГПИ»


 
«Издание «БЕРЕГ»
Наши публикации:

Речь пойдет об уникальном социальном эксперименте, проводимом согласно правилам экономики, ориентированной на удовлетворение интересов потребителя. Способно ли, с одной стороны, современное российское общество пользоваться доступными каждому гражданину, вне зависимости от его социального положения, инструментами влияния на качество государственных социальных услуг, а, с другой, заинтересован ли властный административный аппарат в такой функции? Эксперимент проводится ООО Медицинского страхования «Мегус-АМТ» в рамках обязательного медицинского страхования.

Гос. дума приняла во втором чтении  закон о обязательном медицинском страховании. За него проголосовали 370 депутатов.

"Долой глобализацию!" ( Поддерживая крупные банки, власть душит малый бизнес.) 41 (661) от 10 ноября 2008. адрес www.dkvartal.ru/ magazines/ dk-ekb/ 2008/ n41/tribuna dolojj globalizaciju.

Когда соединяют слова «медицина» и «коррупция», подразумевают обычно прегрешения в бюджетной сфере вроде нечестных конкурсов на поставку лекарств или оборудования. Но такое понимание сводит глобальную проблему к «отдельным недостаткам»...

есть и более полный вариант этого текста: «Медицина и коррупция (причем мы и Комитет 101?)»

статья Вячеслава Игрунова, директора МИГПИ.», Читать подробнее...
 

Движение «БЕРЕГ»
Социально-гуманистичесое движение «Берег»
 
Судебная драма. Суд признал право душевнобольной на моральные страдания
   12.02.2011 г.

Деонтология медицинская (греч. deon, deontos — должное, надлежащее; logos — учение) — совокупность нравственных норм профессионального поведения медицинских работников. Вот, пожалуй, главное, что требовалось от врачей для того чтобы не допустить длительного и тяжелого судебного процесса по поводу качества лечения тяжело больной девочки, где выписка лекарства с истекшим сроком годности стала лишь одним из фактов, сложившихся в общую оценку надзора за пациентом.

tabletki2К сожалению, реальное отношение части медиков к таким больным, мягко говоря, оставляет желать лучшего. Действительно, сложно говорить об этике с людьми, отказывающими своим подопечным даже в способности к «моральным страданиям». Цитата из материалов дела (позиция медицинских работников в отношении пациентки): «чувства высшего уровня ей недоступны. Моральные страдания относятся к чувствам высшего уровня: переживание, любовь...». Показательно, что суд категорически отклонил доводы больницы о том, что психически больная девочка, оказывается, «не может испытывать моральные страдания»...

Еще этот процесс показателен тем, что в нем проявился весьма важный момент: кто, как и на каких условиях защищает права пациента. И как по разному люди одной профессии относятся к своим обязанностям.


Итак, если расценивать любой судебный процесс как спектакль, огласим список его участников.

«Действующие лица и исполнители» (С):

председательствующий: судья Балакина И.А..

Истец: Д., действующая в интересах пострадавшей, своей дочери Татьяны Д.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, - ООО Медицинского страхования «Мегус-АМТ», - Пестова Е.Н., действующая так же как представитель истца, (выступавшая бесплатно для пациентки, подключившаяся к рассмотрению дела только с лета 2010г).

Адвокат при аппарате уполномоченного по защите прав человека (ранее приглашенная Д. представлять интересы Татьяны) от дела фактически устранился, предварительно получив с Д. 20 700 (суд  после консультации с Пестовой Е.Н. возместил Д. расходы на этого юриста в сумме 2 200р.).

Ответчик: МУЗ ЦРБ Н-ского городского округа. Представлен:

М., лечащий врач Татьяны Д. (работает в должности врача-психиатра поликлинического отделения МУЗ ЦРБ, имеет высшую категорию;

Г., Штатный юрист (МУЗ ЦРБ)

Л., юрист Свердловской областной клинической больницы;

Представители третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора:

- ЗАО Страховая компания "МЕДИНКОМ" (за этой страховой компанией, не смотря на имеющийся полис другой компании («Белая башня» - АСК-мед), числилась Татьяна, и за Татьяну эта компания получала финансирование от ТФОМС, именно эта компания, согласно логике законодательства, должна представлять интересы пациента) — Д., А. возражали в удовлетворении иска,

- ЗАО «СМК АСК-Мед» филиал «Белая Башня-Мед», (полисом этой страховой компании изначально располагала Татьяна) в судебное заседание не явился.

Ситуация с полисом Татьяны — живой пример бардака, царящего с обменом полисов, в результате которого люди попросту не знали, как и к кому обращаться в случае нарушения их прав. При этом страховая компания «АСК-Мед» филиал «Белая Башня-Мед», выдав полис ОМС, скорее всего в рамках массовой рассылки бланков, даже не удосужился ответить за свою такую «заботу» о застрахованных.

polis2Свидетели:

Е., С., А. М., М.,

И, (другой врач, пришедший на смену врачу М.).

Н. (врач-невролог терапевтического отделения МУЗ ЦРБ),

Б. (врач-невролог поликлиники № 2 МУЗ ЦРБ)

С. (участковый фельдшер-терапевт МУЗ ЦРБ)

П. (медсестра врача-психиатра М.)

Н-ский городской прокурор (для дачи заключения по делу в судебное заседание не явился, что также говорит о том, что для «силовиков» медицинские дела — обуза.

В целом данное дело иллюстрирует отсутствие всякой "политической воли" на защиту прав граждан (прокуратура, уполномоченный по правам человека, чиновники МЗ, сделавшие вывод о вегетативном состоянии Татьяны), продажность страховщика, получающего гос.финансирование за функцию защиты застрахованного, а не больницы, в пользу которой он выступил, а также отношение врачей к недееспособному пациенту. И, мягко говоря, двойственность и размытость заключения официальной судебно-медицинской экспертизы одного с МУЗ ЦРБ подчинения — Министерству здравоохранения Свердловской области.

Поэтому в ходе чтения нашей «пьесы», у читателя может возникнуть резонное впечатление, что пострадавшая бьется со стеной — своей больницей, страховой компанией, вставшей на защиту не ее, а больницы, Свердловской областной клинической психиатрической больницей, Бюро судебно-медицинской экспертизы и т. д. Но не отчаивайтесь, дочитайте до конца.



Итак,  01 декабря 2010 года Н-ский городской суд Свердловской области, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Д. к МУЗ ЦРБ Н-ского городского округа о компенсации морального вреда, установил:


Д., действующая в интересах дочери Татьяны, обратилась в суд с иском к МУЗ ЦРБ о компенсации морального вреда. Считает, что фактически наступившие последствия в ухудшении состояния здоровья ее дочери связаны с халатным, безучастным отношением врача М. к своей пациентке, отсутствием элементарной требовательности врача к своим профессиональным обязанностям (имейте в виду, что Д. специальными медицинскими знаниями не обладает, и потому ситуацию оценивает в меру своего восприятия. А «Мегус-АМТ» попросили подключиться к этому делу только тогда, когда исковое уже было подано, но при этом истица убедилась, что в суде ее интересы представлять никто не собирается, так что логику процесса нам пришлось корректировать на ходу — здесь и далее прим.автора).

Д. указала, что ее дочь Татьяна, 1990 года рождения, является инвалидом первой группы. Ей установлен диагноз: эпилепсия. … Когда Д. раз в месяц приходила выписывать по рецептам препараты, врач М. никогда не спрашивал о состоянии здоровья ее дочери. Он, не поднимая головы, выписывал лекарства, или вовсе просил подождать в коридоре. Какие записи при этом делались в медицинской карте, ей не известно, каких-либо разъяснений и пояснений по лечению и состоянию здоровья ее дочери врач не давал. С апреля 2009 года у дочери участились приступы эпилепсии до 10 раз в месяц. На приеме 05 июня 2009 года врач М. выписал к основным препаратам новое лекарство - дифенин в количестве 10 упаковок (100 таблеток) в качестве лечения по 2 таблетки в день. За полученные лекарства она расписалась в журнале у врача. Срок годности данного лекарства заканчивался в июле 2009 года. На срок годности препарата она внимание сразу же не обратила. В июле 2009 года врач М. опять выдал 10 упаковок лекарственного препарата - дифенина, но журнал для подписи в получении лекарства ей не представил. В августе 2009 года М. ушел а отпуск. В этот период времени она заметила, что дочери стало хуже - она стала отказываться от еды и лекарств. В сентябре 2009 года дочь слегла и совсем не вставала. У нее (дочери) стали выпадать волосы, отказали почки, атрофировались руки и ноги. С сентября дочь ни разу не осматривалась врачом-психиатром, так как он отказался прийти и осмотреть ее. У дочери сохранялись приступы эпилепсии до 6-8 раз в месяц. С сентября 2009 года она перестала давать препарат дифенин своей дочери. Позднее у дочери появились пролежни, она отказывалась от пищи, ей стало хуже. Врач М. не предпринимал никаких мер по лечению. Затем амбулаторная карта была передана другому врачу И., который пришел к ним домой, осмотрел ребенка, назначил лечение. Он сразу же уменьшил дозировку препаратов одного типа. Приступы у дочери прекратились. Также И. выписал новый препарат. С января 2010 года состояние здоровья ее дочери стало постепенно улучшаться.

В ходе рассмотрения дела, Д. дополнительно пояснила, что лечение врачом М. назначалось ее дочери заочно; он никогда не видел и не обследовал ее дочь. Приходя в больницу за лекарствами, она рассказывала врачу о состоянии дочери; он делал записи в медицинскую карту, но какие именно, ей не было известно. Она неоднократно просила М. осмотреть дочь, но он игнорировал просьбы; говорил, что не смог попасть в квартиру, что ему никто не открывал дверь, что адрес не нашел. Он не приходил домой к пациентке и не осматривал ее, даже когда ее состояние ухудшилось. Никаких анализов при назначении лекарств не назначалось и не проводилось, хотя в медицинской карте имеются результаты анализов, непонятно откуда взявшиеся. Во время приступов эпилепсии ей приходилось вызывать скорую помощь. Представленные ответчиком карты вызовов скорой медицинской помощи не соответствуют действительности (указан неверный адрес, возраст, группа инвалидности, данные анамнеза). Ее дочь регулярно принимала противосудорожные препараты, каждый день, в том количестве, в котором было предписано врачом. Считает, что такое лечение врачом М. привело ее дочь к тяжелому состоянию. Врач не осуществлял подбор лекарственных средств. Врач не учел побочных действий препарата дифенин. При истечении срока годности дифенина у него снижаются свойства: у человека появляется возбуждение, повышение температуры тела, затруднение дыхания. Все эти признаки были у ее дочери, но участковый терапевт это не зафиксировал в медицинской карте. За восемь месяцев наблюдения за ее дочерью, М. посетил ее только четыре раза, хотя должен был осматривать не реже одного раза в месяц. На ее жалобы о состоянии здоровья дочери, М. не реагировал. При ухудшении состояния здоровья ее дочери был собран консилиум врачей, но не было принято никаких мер по улучшению лечения. Сейчас состояние здоровья ее дочери улучшилось, она практически восстановилась, только не сгибаются ноги; она стала кушать, рисовать, играть. Дочь находится под наблюдением врача И., который составил график как правильно отказаться от препарата фенобарбитала, расписал по схеме печение. Из заключения судебной медицинской экспертизы следует, что обследование врачом М. ее дочери проводилось в недостаточном объеме; это указывает, что при назначении препарата дифенина дочь не была надлежащим образом обследована, что привело к назначению препарата, повлекшего ухудшение состояния здоровья Татьяны.

Представитель третьего лица, действующая также как представитель истца, - ООО Медицинского страхования «Мегус- АМТ», Пестова Е.Н., доводы иска поддержала:

Качественная медицинская помощь не может и не должна оказывать отрицательный эффект в отношении здоровья пациента. Ухудшение уже имевшегося заболевания, появление новых заболеваний вследствие некачественной медицинской помощи должно квалифицироваться как вред здоровью пациента. Согласно материалам дела, на протяжении 2009 года у Татьяны наблюдалось утяжеление болезни в виде учащения судорожных припадков, в сентябре-октябре 2009 года диагностированы хронические заболевания внутренних органов: цистит, пиелонефрит, панкреатит, появляются психотические симптомы отказ от еды (анорексия), нарушения координации движений (атаксия), нарастающей депрессии, появились пролежни. В связи с утяжелением основного заболевания, присоединением иных заболеваний и симптомов, пациентка требовала тщательного медицинского наблюдения и коррекции ранее назначенного лечения. В то же время, согласно выводам судебно-медицинских экспертов (СМЭ), со стороны врача-психиатра М. в 2009 году, как и на протяжении всего предшествующего периода наблюдения, диспансерное наблюдение за Татьяной осуществлялось в неполном объеме (записи в карте от января-февраля 2009 года крайне неинформативны, с марта по декабрь 2009 года осмотров психиатра не было) при наличии обязанности осматривать пациентку не реже 1 раза в месяц до стабилизации состояния. Использование в лечении эпилепсии препарата с истекшим сроком годности могло способствовать учащению судорожных припадков, особенно при отсутствии должного врачебного контроля за состоянием пациентки. Препарат дифенин противопоказан при заболеваниях почек (у Татьяны диагностировано хроническое заболевание почек ― пиелонефрит). Как следует из формулярной статьи к «Протоколу (стандарту) ведения больных эпилепсией», утв. МЗСР РФ в 2005 году (обратите внимание на факт наличия стандарта), препарат дифенин в настоящее время не является препаратом выбора вследствие нелинейной фармакокинетики и достаточно выраженных побочных эффектов препарата. В качестве дозозависимых побочных эффектов, указаны атаксия, анорексия, депрессия, парадоксальные припадки, имевшиеся у Татьяны на фоне приема препарата. Его назначение, дозирование заочно, без осмотра и обследования пациентки, недопустимо. Из Протокола ведения больных эпилепсией следует, что стандарты медицинской помощи, необходимой по состоянию здоровья Татьяны со стороны персонала ответчика не выполнялись на протяжении многих лет. Из материалов дела следует, что улучшение состояния здоровья Татьяны в 2010 году может быть обусловлено более оптимальным для конкретной больной подбором противоэпилептических препаратов. То есть назначенная врачом М. в 2009 году терапия не была оптимальной для пациентки, а, следовательно, не отвечала критериям качества медицинской помощи. Объем оказанного Татьяне амбулаторного наблюдения и обследования со стороны иных специалистов также недостаточен для должного диспансерного наблюдения … В частности, в медицинских картах Татьяны не содержится индивидуального плана диспансерного наблюдения, не просматривается должной частоты патронажного наблюдения и обследования с участием необходимых специалистов, должной коррекции лечения по состоянию здоровья больной. Следует вывод о дефектах качества не только специализированного психиатрического лечения Татьяны, но и организации амбулаторной помощи в отношении этой пациентки со стороны ответчика в целом. … Усматривается, что имеется косвенная связь между неоптимальным обследованием и ухудшением состояния здоровья Татьяны. При условии качественной медицинской помощи (полное обследование с участием разных специалистов, коррекция лечения с подбором оптимальной терапии) причинения вреда здоровью девочки и морального вреда Д. можно было избежать. В данном случае усматривается низкое качество медицинской помощи, оказанной ответчиком... Следствием такого бездействия являются вред здоровью девочки (утяжеление эпилепсии, обострение хронических соматических заболеваний, появление пролежней), повлекший для нее дополнительные физические (а, возможно, и нравственные) страдания, а также нравственные страдания матери, связанные с опасениями за ее жизнь.

Представителю истца Пестовой можно гордиться тем, что она нашла утвержденный в 2005 году "протокол ведения больных эпилепсией", и вытащила оттуда фразу про дифенин, который не является в настоящее время оптимальным "препаратом выбора". Она нашла также приказ МЗСР 2004 года о порядке диспансерного наблюдения инвалидов и обосновала недостаточность наблюдения за Татьяной. Ничего этого в нижеследующих выводах СМЭ не было, наоборот, экспертами было указано про отсутствие федеральных и региональных стандартов!

Представители ответчика – МУЗ ЦРБ, - Г., Л., заявленный иск не признали, мотивировав возражения выводами судебно-медицинской экспертизы о том, что лечение Татьяны проводилось правильно и в достаточном объеме; лечение, назначенное врачом М., было ей показано, соответствовало имевшемуся у нее заболеванию (эпилепсия), препараты … были назначены в терапевтических дозах, которые не превышают максимально разрешенные; прямой причинно-следственной связи между характером (качеством) проведенного Татьяне лечения эпилепсии и ухудшением течения этого заболевания не имеется. Данные факты следуют из выводов судебно-медицинской экспертизы. Учащение приступов у Татьяны могло быть вызвано несколькими причинами; формирование устойчивости к назначенному лечению, нерегулярный прием противосудорожных препаратов, отказ от приема противосудорожных препаратов, невозможность провести полноценное обследование и осуществить индивидуальный подбор лекарственных средств оптимальный для данной пациентки в связи с неоднократным отказом опекуна от предлагаемого стационарного лечения. Использование в лечении препарата дифенин с истекшим сроком годности могло способствовать учащению судорожных припадков в результате снижения противосудорожного действия препарата (не являлось единственной обязательной причиной), но какой-либо причинно-следственной связи между приемом дифенина и такими проявлениями, как «отказывается от еды и лекарства, совсем слегла и больше не вставала, стали выпадать волосы, отказывают почки, атрофировались руки и ноги» экспертная комиссия не усмотрела. Каких-либо доказательств причинения вреда здоровью Татьяны действиями работников медицинского учреждения истцом не представлено, причинно-следственная связь между действиями работника ответчика и наступившим ухудшением течения заболевания у Татьяны отсутствует, следовательно, отсутствуют и основания для компенсации морального вреда.

Представители третьего лица - ЗАО Страховая компания "МЕДИНКОМ" возражали в удовлетворении иска, пояснив, что в январе 2010 года в филиал страховой компании обратилась Д. с письменной жалобой на качество оказания медицинской помощи ее дочери. ... По данной жалобе страховой компанией был сделан запрос на имя главного врача ответчика - медицинского учреждения о даче объяснений по существу жалобы застрахованной, на который был дан ответ ... о проведении служебного расследования и принятию мер по устранению подобных нарушений, а также применению к врачу М. мер дисциплинарной ответственности («Батюшка, Вы либо крестик снимите, либо штаны наденьте» (С). т. е. не понятно: если врач невиновен — зачем к нему применять меры дисциплинарной ответственности?).

По данному случаю проведение страховой компанией медицинской экспертизы не регламентировано нормативными документами по обязательному медицинскому страхованию, так как основные заболевания Татьяны не входят в базовую программу обязательного медицинского страхования и являются нозологиями (заболеваниями), финансируемыми из бюджета субъекта Российской Федерации и могут быть проэкспертированы только внутриведомственными медэкспертами. Таким образом, страховая компания не правомочна дать оценку по качеству и полноте печения основных заболеваний у пациентки, а претензий по лечению и обследованию сопутствующих заболеваний: острый цистит, пиелонефрит, панкреатит, вегетососудистая дистония, входящих в программу обязательного медицинского страхования, истцом не предъявлялось.. В связи с этим, 05.02.2010 специалистами Свердловской областной клинической психиатрической больницы была проведена выездная консультация Татьяны и дано заключение по основным заболеваниям пациентки. … Комиссия пришла к заключению о наличии у Татьяны прогрессирующей эпилептической энцефалопатии. Имеющиеся у Татьяны неврологическая симптоматика и психические расстройства являются следствием тяжелого заболевания, носящего прогредиентный характер. Они не могут быть связаны с непродолжительным приемом препарата дифенин с истекшим сроком годности, а также с адекватной терапией большими дозами противосудорожных препаратов. Комиссией рекомендовано дообследование больной в условиях стационара, однако Д. отказалась от дальнейшего обследования и лечения дочери. Из результатов судебно-медицинской экспертизы следует, что прямой причинно-следственной связи между характером (качеством) проведенного Татьяне лечения эпилепсии и ухудшением течения этого заболевания не имеется, так как ухудшение течения эпилепсии могло быть обусловлено как характером самого заболевания, так и формированием устойчивости к назначенному лечению, так и снижением эффективности правильно назначенного препарата ввиду истекшего срока годности. В данном случае имели место дефекты в оформлении медицинской документации, кратности осмотров врачом-психиатром при обострении состояния у больной (со слов матери), которые не могли существенно повлиять на течение хронических основных заболеваний.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, - М. исковые требования не признал, пояснил, что тактика лечения Татьяны с апреля 2009 года по июнь 2009 года была выжидательной. Ранее у пациентки были неоднократные обострения болезни, которые проходили без всякой терапии. Татьяна - чувствительный ребенок, даже посещение больницы могло спровоцировать приступы эпилепсии. Со стороны истца имеются некорректные замечания в адрес докторов. Татьяна сильно реагирует на эмоциональные воздействия. Ей присуще простые эмоциональные реакции, ей доступны простые чувства: гнев, радость.

Чувства высшего уровня ей недоступны. Моральные страдания относятся к чувствам высшего уровня: переживание, любовь (Обратите внимание на то, как обосновывается отказ больницы от выплаты компенсации!). Радость при виде мамы Татьяна, конечно испытывает; имеются реакции на инъекцию, на врачей - это страх (наверное, для этих врачей естественно в такой ситуации и относиться к Татьяне, как докучливому и бесполезному животному). Татьяне присуще чувство боли. Претензии со слов матери появились после назначения препарата дифенин; она связала свой негатив к нему с препаратом дифенин и обратилась с жалобой в прокуратуру. В сентябре 2009 года Татьяна не принимала данный препарат, но она выходила на улицу гулять. Но после перенесенной инфекции ОРВИ, она слегла и не поднималась. Истец утратила доверие к нему; однако в медицинском учреждении имеются другие врачи, к которым можно обращаться. До декабря 2009 года истец ни к кому не обращалась. Больные при сильных припадках эпилепсии обращаются к реаниматологу, а не к психиатру.

При лечении заболевания у Татьяны, медицинских стандартов и протоколов нет, есть метод проб и ошибок - подбор препарата. В амбулаторной карте Татьяны, имеется запись от 13 апреля 2009 года: «раздражительна, приступы до 10 раз в месяц». Это частота большая, но не критическая. В данном случае учитывается и сезонное обострение заболевания. Тактика была выжидательной. Ранее такое состояние у больной было, причем неоднократно, В тех случаях течение болезни не требовало изменения лечения. Он должен осмотреть больную, если состояние критическое; но если кратковременное ухудшение состояния, то не должен. Если приступы случаются, то приезжает скорая помощь. Если бы он пришел осмотреть больную, то увидел бы лежащую в постели девочку, это ничего бы не изменило.

Выжидательная тактика обоснована тем, что на 5 июня 2009 года он не рискнул назначить препарат топомакс, который очень трудно найти в аптеке. При назначении дифенина осмотра больной не было. У Татьяны противопоказаний для назначения дифенина на тот момент не было; анализы не собирались. В июле 2009 года лечение Татьяны было продолжено, ее состояние было стабильным, со слов мамы, приступы стали реже. Это не записано, так как если все записывать, то тетради не хватит. Последний раз он видел больную в 2008 году.

Выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав обстоятельства дела и оценив представленные доказательства, суд приходит к следующему.

... В соответствие со ст. 1 "Основ законодательства РФ об охране здоровья ….", охрана здоровья граждан - это совокупность мер..., направленных на сохранение и укрепление физического и психического здоровья каждого человека, поддержание его долголетней активной жизни, предоставление ему медицинской помощи в случае утраты здоровья. Гражданам Российской Федерации гарантируется право на охрану здоровья...

Судом установлено, что Татьяна, в интересах которой подан настоящий иск, имеет первую группу инвалидности с детства; наблюдается психиатром в связи с эпилепсией, тяжелой умственной отсталостью (слабоумием). Указанные обстоятельства сторонами по делу не оспариваются.

Решением суда от 25.12.2008 Татьяна признана недееспособной. Ее опекуном является мать Д. ...

В силу ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. Поскольку по делу установлено, что М. в рамках трудовых отношений с медицинским учреждением оказывал медицинскую помощь Татьяне, иск предъявлен к надлежащему ответчику.

Татьяна находится на диспансерном учете в МУЗ ЦРБ, ее лечащим врачом в период с 2008 года по 2009 год являлся М., который 05.06.2009 назначил пациентке Татьяне дифенин как протиэпилептический препарат, который показан при эпилепсии.

В судебном заседании участниками не оспаривалось и нашло свое подтверждение то обстоятельство, что в период с сентября 2009 года произошло ухудшение состояния здоровья Татьяны, которое проявлялось в обострении хронического цистита, ОРВИ, хронического пиелонефрита, хронического панкреатита, нейроциркулярной дистонии по смешанному типу.

С января 2010 года в ее состоянии здоровья появилась положительная динамика со снижением гипертонуса, улучшением аппетита.

Согласно осмотру комиссии врачей Областного государственного учреждения здравоохранения «Свердловская областная клиническая''больница» от 05.02.2010, осмотревшей Татьяну по месту ее жительства, последняя имеет сознание формально ясное. … На основании анамнеза мед.документации, данных объективного осмотра комиссия пришла к заключению' о наличии у Татьяны прогрессирующей эпилептической энцефалопатии. На момент осмотра обнаруживает признаки грубого органического поражения головного мозга со спастическим тетрапарезом, атетозом в верхних конечностях, частыми полиморфными пароксизмами со склонностью к серийности. Вегетативное состояние (я не хочу комментировать это заключение. У всех есть интернет и вы сами можете уточнить, насколько корректен этот термин в данном контексте). Имеющиеся у Татьяны неврологическая симптоматика v психические расстройства являются следствием тяжелого заболевания, носящего прогредиентный характер. Они не могут быть связаны с непродолжительным приемом препарата дифенин с истекшим сроком годности, а также с адекватной терапией большими дозами противосудорожных препаратов. Противосудорожную и противоорганическую терапию на момент осмотра получает достаточную. Рекомендовано дообследование в условиях неврологического стационара по месту жительства, ЭЭГ, МРТ головного мозга, консультация эпилептолога. Совместное наблюдение психиатром, неврологом, хирургом, терапевтом. Д. от предложенного ее дочери стационарного лечения и обследования отказалась (у стороннего наблюдателя может вполне сложиться впечатление, что специалисты Областного государственного учреждения здравоохранения «Свердловская областная клиническая больница», фактически как высшая медицинская инстанция, вынесли Татьяне приговор. Возможно, руководствуясь «гуманными соображениями»: чтоб «все» не мучились).

Из пояснений свидетелей Е., С., А., М. следует, что Татьяна, страдающая слабоумием и эпилепсией, до ухудшения состояния здоровья (до осени 2009 года) была активной, сама могла гулять, любила рисовать разглядывать картинки, вырезать рисунки, говорила отдельные слова, смотрела телевизор. Татьяна сама кушала, могла сама одеться. Ребенок был всегда ухоженным и аккуратным. Осенью 2009 года Татьяна сильно заболела; ни на кого не реагировала, не могла сама вставать, перестала кушать. Д. кормила дочь детским питанием из шприца. Ранее такого состояния у Татьяны не было. Со временем ее состояние здоровья стало улучшаться.

Свидетель Н. (врач-невролог терапевтического отделения МУЗ ЦРБ) пояснил, что Татьяна в декабре 2009 года им была осмотрена на дому в связи с жалобами ее матери на тяжелое состояние здоровья дочери. Татьяна находилась в бессознательном состоянии, в контакт с окружающими не вступала, она не двигалась, не ела. При осмотре пациентки было выявлено, что сознание у нее отсутствовало; сохранялся повышенны гипертонус; речевого контакта и познавательных рефлексов с окружающими не было. Им был назначено лечение и предложено пригласить врача-психиатра И. Затем он дважды наблюдал Татьяну: 11.01.2010 и 24.01.2010. После проведения лечения, назначенного им и И., состояние Татьяны улучшилось. Больная пришла в сознание, начала произносить отдельные слова, появлялись двигательные контакты, стала вступать в контакт с окружающими, пыталась говорить, отвечала на вопросы, появились целенаправленные движения. Но запись об осмотре была утеряна, сохранилась только копия назначения лекарственных препаратов. Он прописал Татьяне нейротропные, нейрометаболические средства; уменьшил дозу спастических средств, метаболических, ноотропных препаратов. В медицинской карте данный осмотр не зафиксирован. 05.02.2010 специалисты экспертной комиссии г.Екатеринбурга проводили обследование Татьяны, поставили диагноз: вегетативный психический синдром. Этот диагноз ставят человеку в том случае, когда организм человека функционирует как «растение»: человек принимает пищу, работает сердце, но мозг уже атрофирован. Из данного состояние выйти нельзя. Полагает, что диагноз, поставленный специалистами, неправомочен, так как со временем состояние здоровья Татьяны улучшилось.

На дату осмотра 22 января 2010 года состояние больной улучшилось; сознание было ясное, но гипертонус сохранялся. Он дополнительно назначил принимать нейротропный препарат, церабрализин, АГФ, противоспазматические препараты. При лечении Татьяны он изменил ранее назначенные препараты на фенлипсин, фенобарбитал. Дифенин он не назначал. Чем обусловлена тяжесть соматического состояния Татьяны, ему не понятно. Когда он увидел Татьяну, она весила около 30 килограммов, а дозы, назначенные М., были максимальные, это влияло на центральную нервную систему. Считает, что при правильном лечении приступы урежаются или переходят в полную ремиссию. Ухудшение соматического состояния здоровья Татьяны возможно вызвано передозировкой препаратами или течением основного заболевания. Дифенин является одним из опасных препаратов, который усиливает действие других препаратов. Его можно применять в лечении с другими препаратами, но под контролем врача. Раз в 3 месяца необходимо делать биохимию и анализ крови. Если больной на диспансерном учете, то врач должен выезжать на дом, и проводить осмотр на месте.

Согласно показаниям П. (врача-нарколога МУЗ ЦРБ, врача -эксперта ЗАО СК «Мединком») 13.01.2010 в страховую компанию поступило письмо из Н-ской городской прокуратуры по факту жалобы Д. о назначении препарата дифенина. В ходе проверки установлено, что 05.06.2009 Татьяне был назначен и выдан препарат дифенин врачом М., срок годности которого заканчивался на момент лечения. Медицинским учреждением было проведено служебное расследование, данный факт подтвердился; врачу М. объявлен выговор. Считает, что проведенное 05.02.2010 комиссионное обследование Татьяны по факту ухудшения состояния здоровья не правомерно, так как Татьяна не находилась в вегетативном состоянии. Спустя полтора месяца, 14.04.2010 он и заведующий поликлиникой Б. осмотрели Татьяну, которая не находилась в вегетативном состоянии. В тот период времени лечение больной было направлено на максимальное снижение эпилептических приступов правильным подбором препаратов. Предполагает, что ухудшение соматического состояния пациентки возможно произошло из-за прогрессирования основного заболевания. Точной причины назвать не может. Татьяна уже в апреле 2010 года была подвижна, пользовалась телефоном; она не походила на человека, находящегося в вегетативном состоянии. Ему известно, что в сентябре-октябре 2009 года судороги у пациентки были до 8-10 раз в месяц. При назначении препаратов, нужно учитывать возраст пациента; вес Татьяны на момент осмотра был около 35 килограмм, а доза препаратов была достаточно большой. Считает, что врачом М. была назначена большая доза препаратов на массу тела пациентки. При назначении лечения больного необходимо видеть. После того, как врач-психиатр И., врач-невролог Н. изменили лечение и уменьшили дозировку противосудорожных и психотропных препаратов, была назначена общеукрепляющая терапия, состояние здоровья Татьяны улучшилось. Эпилепсия у Татьяны является сопутствующим заболеванием олигофрении. Поэтому задача лечащего врача - уменьшить количество приступов эпилепсии, так как каждый приступ ухудшает состояние пациента. Нужно дать возможность больному как можно дольше жить полноценной жизнью.

Заболевания являются прогрессирующими. К ухудшению соматического состояния могло привести прогрессирование основного заболевания, истощение организма, дозировка препаратов. Назначенный препарат дифенин был просрочен на один месяц, … В течение срока хранения препарат действует согласно инструкции. Если бы Татьяна употребляла один препарат дифенин и происходило учащение приступов, то можно было бы предположить о недостаточной дозировке препарата. При назначении препарата дифенин необходимо проводить анализ крови, вести постоянное наблюдение за пациентом, так как препарат оказывает сильное влияние на печень крови. Но в медицинской карте Татьяны нет анализов.

Из показаний свидетеля Б. (врача-невролога поликлиники № 2 МУЗ ЦРБ) следует, что по просьбе П., из-за факта выдачи просроченного препарата, 14.04.2010 он посетил пациентку Татьяну, которая в тот момент находилась в состоянии средней тяжести; пациентка передвигалась в пределах постели; вступала в контакт с окружающими; имела ясное сознание; сама кушала; произносила отдельные слова. Вегетативного состояния у Татьяны не было. Препарат дифенин применяется в печении больных эпилепсией. Существует побочное действие препарата. Считает, что тактика лечения Татьяны была выбрана врачом М. правильно. То обстоятельство, что срок действия дифенина в период лечения истекал, свидетельствует об ослабевании его свойств.

Свидетель С. (участковый фельдшер-терапевт МУЗ ЦРБ) пояснила суду, что она наблюдала пациентку с августа 2009 года, когда пришла домой к Татьяне для осмотра. Девочка могла слезть с дивана, могла сама сесть, но говорить не могла. Она не могла открыть рот, так как у нее был спазм. Так как она не могла полно осмотреть больную, то диагноз ОРВИ поставила на основе жалоб ее мамы Д. Температура тела Татьяны. была 39 градусов. 30 августа 2009 года был поставлен диагноз хронический цистит, также был поставлен диагноз хронический панкреатит. В конце сентября 2009 года состояние девочки ухудшилось, стало критическим. Когда она пришла к Татьяне 20 октября 2009 года, то увидела, что девочка лежит, не двигается, ноги подтянуты. Татьяны была истощена, мама кормила ее из шприца. Было назначено лечение, также назначены противоферментные препараты. У Татьяны стали появляться пролежни, поэтому был приглашен хирург П. Потом пациентку осмотрел Н. Татьяна стала поправляться. Теперь она может передвигаться с инвалидного кресла на кровать, сама стала кушать, произносить слова.

Пролежни образовались из-за того, что Татьяна была неподвижной. Но уход за больной был хороший, мама часто ее переворачивала, переносила с дивана на кресло и наоборот. У девочки сильно болели ранки.

Из показаний свидетеля П. следует, что она работает медсестрой врача-психиатра М. Ей неизвестно, осматривал ли М. Татьяну. Препарат дифенин был выдан Д. в июне 2009 года; на тот момент препарат не был: просрочен. Д. расписалась в журнале за получение лекарства. По факту выдачи препарата была проведена прокурорская проверка. В июле 2009 года данный препарат Татьяне не выдавался, в журнале выдачи лекарств никаких записей не имеется. Для патронажа пациентку она не навещала, так как М. ей об этом не говорил.

Свидетель Б. пояснила, что работает участковой медсестрой 6 участка МУЗ ЦРБ. С 24 декабря 2009 года она навещала Татьяну и выполняла лечение, которое назначил врач-невролог Н. Девочка находилась в лежачем положении. Когда она делала уколы больной, то мама придерживала ее. Больная не разговаривала, но на боль реагировала. Мама переносила больную с дивана на кресло, осуществляла гигиенические процедуры. Мама очень заботилась о ребенке. !

Свидетель И. (врач-психиатр МУЗ ЦРБ) пояснил суду, что ему известно что Татьяна страдает с 6 месяцев приступами эпилепсии. … По сложившимся обстоятельствам примерно в январе или марте 2010 года пациентка была передана ему. Мама пациентки пригласила его осмотреть Татьяну на дому. Пациентка была в сознании, реагировала на внешние раздражители, в контакт не вступала; у нее присутствовала фразовая речь. До обострения заболевания она произносила отдельные слова, но не больше десяти. При первом осмотре больная не произнесла ни одного слова, потом тоже хотя в апреле 2010 года она уже сидела, самостоятельно передвигалась в постели. В январе 2001 года обострились приступы эпилепсии, они участились до 10 раз в месяц, до обострения заболевания они случались 1-2 раза в месяц. Эпистатус достигал до 10 приступов и более раз в сутки. Возможно, это было связно с ОРВИ или с другими вирусными заболеваниями соматическими заболеваниями. Больная перенесла панкреатит, цистит. Воспалительные процессы могли привести к обострению заболевания. Также могли повлиять и стрессовые ситуации. ... Считает, что дифенин не мог повлиять на обострение болезни у Татьяны, ухудшения состояния здоровья больная принимала не только противосудорожные препараты, но и сосудистые препараты, укрепляющие, нейротропные средства. Считает, что лечение подействовало, так как препараты принимались в комплексе. У Татьяны имеются примитивные инстинкты, но она испытывает физические страдания, реагирует на болевые раздражители. Считает, что просроченный препарат не мог сказаться на состоянии здоровья больной.

В 1997 году в психиатрической клинической больнице у Татьяны произошло обострение болезни, он находилась в таком же состоянии. Выписана из больницы была в таком же состоянии «как в настоящее время. Это является обычным явлением для такого сложного заболевания.


Для проверки правильности действий врача-психиатра М. по лечению Татьяны в связи с ухудшением состояния ее здоровья, по делу проведена комиссионная судебно-медицинская экспертиза..., проведение которой было поручено Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Свердловской области «Бюро судебно-медицинской экспертизы».

На основании изучения представленных материалов гражданского дела, медицинских документов …, судебно-медицинская экспертная комиссия пришла к следующим выводам.

Татьяна страдает резидуальной церебральной (мозговой) органической недостаточностью с синдромами эпилепсии и умственной отсталости (слабоумие), хроническим циститом (хроническое воспаление мочевого пузыря), хроническим пиелонефритом, хроническим панкреатитом, нейроциркуляторной дистонией (вегетативный невроз) по смешанному типу.

Татьяна страдает эпилепсией с 5-ти месячного возраста; диагноз «слабоумие» ей был установлен при обследовании в психиатрической больнице в 1997 г.

Формирование устойчивости к назначенному лечению могло явиться причиной учащения приступов эпилепсии. Нерегулярный прием противосудорожных препаратов, отказ от приема противосудорожных препаратов влечет за собой снижение эффективности назначенного печения, может увеличить частоту приступов эпилепсии, что могло иметь место и в случае с Татьяной.

Слабоумие имеет как стационарное (когда сформировавшееся слабоумие не углубляется), так и прогрессирующее течение. Полное излечение от эпилепсии и слабоумия Татьяны не возможно.

Режим лечения эпилепсии амбулаторный. Лечение эпилепсии проводится годами, в ряде случаев позволяет добиться положительного эффекта...

Проведение стационарного лечения Татьяне (которое ей неоднократно предлагалось, но от него отказывались) позволило бы провести полноценное обследование, уточнить установленный диагноз, и, на основании данных динамического наблюдения за больной … при необходимости скорректировать это лечение, осуществить индивидуальный подбор лекарственных средств оптимальный для данной пациентки.

На причинах, по которым Д. «отказывалась от стационарного лечения» нужно остановиться отдельно. Приведу рассказ матери Татьяны: «... когда мы переехали в Н-ск с Украины, то девочка, несмотря на болезнь с детства, выглядела и чувствовала себя очень хорошо. Здесь меня убедили, что нужно положить дочь в больницу, где она пробыла порядка 5 месяцев. Во время стационарного лечения меня редко пускали к дочери, я не могла контролировать кормление и т. п. В результате через 5 месяцев мне выдали ребенка как из концлагеря и сказали: «умрет, так дома»... После этого я поклялась больше дочь в больницу не отдавать. Когда мне выдали направление к эпилептологу в ОКБ, мы, приехав рано утром, долго ждали приема у кабинета врача. Дочь у устала и упала прямо на пороге у врача, которая как раз в это время пришла наконец на работу. Врач перешагнула через нее и сказала медсестре: вот таких пациентов мне в кабинет не надо заводить, после этого она заочно быстренько выписала лечение и отправила нас домой».

По данным представленной амбулаторной карты Татьяны дифенин был в терапевтических дозах, которые не превышают максимально разрешенные. Лечение, назначенное Татьяне врачом М., было ей показано, соответствовало имевшемуся у нее заболеванию. Такие проявления как «отказ от еды и лекарств», «совсем слегла и больше не вставала» могли быть обусловлены у Татьяны психотическими эпизодами, относящимся к проявлениям эпилепсии. Выпадение волос может наблюдаться при приеме препаратов финлепсин, конвульсофин в результате их побочного действия.

Экспертной комиссии не ясно, какое именно болезненное состояние подразумевают фразы «отказывают почки» и «атрофировались руки и ноги». Известно, что к побочным действиям противоэпилептического препарата финпепсин помимо выпадения волос относятся нарушения мочеиспускания (дизурия, олигоурия), а также парезы (нарушение двигательной функции конечностей). Для препарата дифенин вышеперечисленные побочные действия в медицинской литературе не описаны. Обострение хронического цистита у Татьяны сопровождалось учащенным и болезненным мочеиспусканием.

Использование препарата с истекшим сроком годности сопровождается ослаблением его основного фармакологического действия, для дифенина противосудорожного действия. Использование в лечение эпилепсии Татьяны препарата дифенин с истекшим сроком годности могло способствовать учащению судорожных припадков в результате снижения, противосудоржного действия препарата.

Какой-либо причинно-следственной связи между приемом дифенина и такими проявлениями у Татьяны как «отказывается от еды и лекарства, совсем слегла и больше не вставала, стали выпадать волосы, отказывают почки, атрофировались руки и ноги» экспертная комиссия не усматривает. Федеральные и областные стандарты лечения в психиатрии отсутствуют.

При неэффективности проводимого лечения ... обычно производится замена одного препарата на другой аналогичного действия, или назначается два препарата аналогичного действия, или назначается два препарата различного действия (в частности к дифенину добавляют фенобарбитал).

Лечение Татьяны проводилось в соответствии с вышеуказанными положениями, то есть правильно и в достаточном объеме.

Больным с эпилепсией один раз в год проводят клиническое обследование, включающее в себя осмотр пациента, описание его психического, неврологического, соматического статуса, общий анализ крови, общий анализ мочи, по показаниям проводят флюорографию органов грудной клетки, электроэнцефалографию, электрокардиографию, осмотр окулиста, один раз в 3-5 лет магнитно-резонансную томографию или компьютерную томографию головного мозга. Объем необходимого обследования определяется лечащим врачом.

По имеющимся записям в амбулаторной карте не ясно, осматривалась ли Татьяна в 2009 г психиатром (в частности в январе, феврале), в последующем (с марта по декабрь 2009 г) пациентка психиатром осмотрена не была.

В записях от января и февраля 2009 г имеется крайне скудное описание статуса, не описаны соматический и неврологический статус. В сентябре 2009 г Татьяны были выполнены общий анализ крови и общий анализ мочи (увеличение числа лейкоцитов обусловлено обострение хронического цистита).

Кроме того, при ухудшении течения эпилепсии врач-психиатр должен был осматривать Татьяну не реже одного раза в месяц до стабилизации состояния.

Таким образом, обследование Татьяны в 2009 г., как и на протяжении всего предшествующего периода наблюдения, врачом-психиатром было выполнено в недостаточном объеме.

По мнению экспертной комиссии, прямой причинно-следственной связи между характером (качеством) проведенного Татьяне лечения эпилепсии и ухудшением течения этого заболевания не имеется, так как ухудшение течения эпилепсии могло быть обусловлено как характером самого заболевания, так и формированием устойчивости к назначенному лечению, так и снижением эффективности правильно назначенного препарата ввиду истекшего срока годности.

Улучшение состояния здоровья Татьяны в 2010 г может быть обусловлено более оптимальным для конкретной больной подбором противоэпилептических препаратов {топомакс и финлепсин), нежели в 2009 г (дифенин и финлепсин).


У суда отсутствуют основания ставить под сомнение объективность указанных выводов экспертов. Заключение основано на анализе представленной подлинной первичной медицинской документации.

Таким образом, из исследованных доказательств по делу нашел свое подтверждение факт ухудшения состояния здоровья Татьяны с сентября 2009 года по начало 2010 года. Данный факт не оспаривался стороной ответчика, подтвержден показаниями свидетелей, являющихся медицинскими работниками, а также лицами, непосредственно видевшими Татьяну, данными медицинского обследования, проведенного 05.02.2010 комиссией врачей; заключением судебно-медицинской экспертизы.

Также из исследованных доказательств суд приходит к выводу, что в период наблюдения Татьяны врачом М., обследование данной пациентки последним было выполнено в недостаточном объеме, что указывает на некачественное оказание специализированной медицинской помощи.

Неоптимальный подбор протиэлептических препаратов для Татьяны указывает о снижении эффективности лечения, что является врачебной ошибкой, в данном случае — добросовестным заблуждением врача в методе лечения. Кроме того, на недобросовестное выполнение медицинским работником своих должностных обязанностей в данном случае указывает и тот факт, что пациентке был выдан препарат дифенин, срок действия которого истек в период лечения.

Статьей 30 Основ законодательства РФ "Об охране здоровья граждан" регламентированы права пациента при обращении за медицинской помощью и ее получении, в том числе на уважительное и гуманное отношение со стороны медицинского персонала; выбор врача, в том числе врача общей практики (семейного врача) и лечащего врача, с учетом его согласия, а также выбор лечебно-профилактического учреждения в соответствии с договорами осязательного и добровольного медицинского страхования; проведение по его просьбе «консилиума и консультаций других специалистов; облегчение боли, связанной с заболеванием, медицинским вмешательством, доступными способами и средствами; отказ от медицинского вмешательства в соответствии со статьей 33 настоящих Основ; возмещение ущерба в соответствии со статьей 68 настоящих Основ в случае причинения вреда его здоровью при оказании медицинской помощи.

Лечащий врач несет ответственность за недобросовестное выполнение своих профессиональных обязанностей в соответствии с законодательством РФ.

Вместе с тем, не нашел своего подтверждения довод стороны истца о том, что именно назначение пациентке препарата дифенина вызвало ухудшение состояния здоровья Татьяны.

Напротив, выводы заключения по результатам судебно-медицинской экспертизы данный. довод опровергают и указывают, что этот препарат был назначен пациентке в дозах, которые не превышают максимально разрешенные. Лечение, назначенное врачом, было показано пациентке и соответствовало имеющемуся заболеванию (эпилепсия). Ухудшение течения заболевания Татьяны не связано с характером (качеством) проведенного пациентке лечения эпилепсии.

Доводы стороны ответчика о том, что Татьяна могла не применять назначенный врачом препарат дифенин, срок которого истекал в период лечения, в данном случае ничем не подтверждены;

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред. … Компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Доводы стороны ответчика о том, что Татьяна, являясь недееспособным лицом, в связи с отсутствием высшей нервной деятельности, лишена испытывать нравственные и физические, страдания, поэтому их не стоит компенсировать, суд категорически отвергает. При этом суд исходит из того, что личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, обладают признаками неотчуждаемости и непередаваемости.

Суд считает, что отсутствием надлежащего обследования и наблюдения со стороны лечащего врача-психиатра и оптимального с учетом ее состояния здоровья подбору противоэпилептических препаратов, снижением эффективности назначенного препарата ввиду истекшего срока годности, что влияет на снижение противосудорожного действия препарата, и, как следствие, учащении судорожных припадков, истцу причинены физические и нравственные страдания.

Учитывая все изложенные по делу обстоятельства, а также характер тех физических и нравственных страданий, которые причинены Татьяне, но при этом отсутствие умысла причинителя вреда, суд, определяя размер компенсации морального вреда, считает разумным и справедливым определить такой в размере 10 000 рублей.

С ответчика подлежит взысканию в Федеральный бюджет государственная пошлина в размере 200 рублей.

Суд решил: Исковые требования Д, действующей в интересах Татьяны, удовлетворить частично. Взыскать с МУЗ ЦРБ Н-ского городского округа в пользу Д. компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей.

Кроме того, суд  после консультации с Пестовой Е.Н., возместил Д. расходы на юриста (адвоката при аппарате уполномоченного по защите прав человека, ранее приглашенную Д. представлять интересы Татьяны, предварительно получившую с Д. 20 700, но в деле фактически не принимавшей участия) в сумме 2 200р.

Максим Стародубцев

 

Пресс-релизы и официальные обращения:
Защита прав застрахованных
Охарактеризовать эту историю можно так: она показательна во всем. От перечня дефектов в диагностике и лечении, приведших к смерти 37-летнего монтажника из-под Нижнего Тагила, до беспомощности обычных граждан в попытке получить справедливую оценку произошедшего.
... Этот результат анонсировался ранее, см. «…теперь нам … в суде … осталось разобраться с тем, почему необходимая медицинская помощь не была оказана Елене по месту жительства».
Оставьте свой отзыв или вопрос в нашей гостевой книге и мы Вам ответим!
 Смотреть гостевую книгу
 
Все права принадлежат авторам материалов, если не указан другой правообладатель
Создание и продвижение сайта © ЕКА-Сайт, 2008